Archive for Август, 2007
По меркам тех времен продукция «пекарни» Беккера представляла собой совершенные подделки, доведенные до вершин искусства. «Ему подвластно все: элегантная грация греков, строгая красота римского искусства, оригинальность и причудливость средневековых монет», — так пишет о Беккере Поль Эдель, французский эксперт-.криминалист, знаток в области искусствоведения. Беккеровская серия, как он говорил, «скопированных» монет охватывала период с XVII века до н. э. до XVIII века.
Современники описывают Беккера как приземистого брюнета с красивым задумчивым лицом и располагающими манерами. Советник считался блестящим собеседником с неисчерпаемыми знаниями в самых различных областях, но больше всего в истории искусств и нумизматике.
Разоблачение ничуть не встревожило Беккера. Предупреждение Кройцера осталось неуслышанным. Беккер настолько осмелел, что в 1809 году изобрел древнегреческую монету, так называемый антилатер. Карл отправляется в путешествия, появляется в Швейцарии, Италии. В 1810 году он гостит у Гаэтано Каттанео — директора миланского «монетного кабинета» и продает ему монеты на сумму 6986 лир.
Плиний в своей «Истории» сообщает, что фальшивые монеты вызывали большой интерес среди римских патрициев и они охотно за один фальшивый денарий давали несколько настоящих. Такой спрос побудил римских фальшивомонетчиков к изготовлению монет для коллекционеров. Весь свой талант поддельщики показали и в период Возрождения, когда в кругах высшей знати модным стало коллекционирование античных монет и оборудование специальных «монетных» кабинетов.
С 1794 года «Корреспонданс» быстро превратилась в разветвленную шпионскую организацию.
Одной из наиболее опасных для республики форм активности «Корреспонданс» была заброска во Францию ассигнаций, которые еще с 1791 года начали печатать в специальных мастерских в Лондоне. В роли фальшивомонетчиков подвизались, в частности, эмигранты-священники. Тюки с фальшивыми ассигнациями переправлялись во Францию для снабжения деньгами роялистов и для того, чтобы вызвать финансовый кризис в стране.
Герцог Дорсет уже 29 июля 1789 года, то есть через две недели после взятия Бастилии, опровергал утверждения об этом. Для доказательства, что Англия ничего не имела общего с начавшимися волнениями и отнюдь не пыталась их использовать и что она не мобилизовала свой флот, Дорсет напомнил Монморену их разговор в начале июня 1789 года. Тогда он сообщил министру о существовании заговора с целью захвата Бреста.
Осенью 1789 года во Франции пошли слухи о том, что Англия тратит огромные деньги на разжигание «беспорядков» в их стране. Из переписки французского министра иностранных дел Монморена с французским послом в Лондоне Лялюзерном видно, что подстрекательство к «анархии» со стороны не проходит без английского участия. Обоим вельможам и в голову не приходило, что британский посол лорд Дорвет к роли вдохновителя революции («адских козней») совсем не подходил.
Через многие годы удалось узнать, что Холленд имел связи со многими видными колонистами, которые ему рьяно помогали. Вот почему самому Холленду и многим из его банды удалось избежать возмездия американской богини правосудия. Один раз колонистам, казалось, повезло. Они поймали английского фальшивомонетчика капитана Канингхэма. Однако ему удалось совершить побег.
Английский губернатор без помощи Вернона смог организовать на борту корабля печатание континентальных денег. Помощь ему оказал владелец нью-йоркской типографии Джеймс Ривингтон, который прислал опытного мастера и необходимое оборудование. Поток фальшивок увеличился. 14 апреля 1777 года в «Нью-Йорк газетт», «Уикли меркюри» и других газетах было опубликовано объявление, ставшее историческим. Жители города предупреждались о большом количестве фальшивых денег, появившихся в колониях. Они «столь искусно и точно изготовлены, что нет никакого риска ими пользоваться, так как почти невозможно их отличить от настоящих».